Жена для двоих

Жена для двоих

Жена для двоих. В клетке грехаКристина Азимут ОглавлениеАННОТАЦИЯ ГЛАВА 1 ГЛАВА 2 ГЛАВА 3 ГЛАВА 4 ГЛАВА 5 ГЛАВА 6 ГЛАВА 7 ГЛАВА 8 ГЛАВА 9 ГЛАВА 10 ГЛАВА 11 ГЛАВА 12 ГЛАВА 13 ГЛАВА 14 ГЛАВА 15 ГЛАВА 16 ГЛАВА 17 ГЛАВА 18 ГЛАВА 19 ГЛАВА 20 ГЛАВА 21 ГЛАВА 22 ЭПИЛОГ АННОТАЦИЯ Я стала игрушкой для двух демонов, один из которых мой сводный брат, а за второго мне пришлось выйти замуж. Они открыли для меня новые грани греха, утянули в пропасть порока, что чернее ночи, и я попала в клетку, из которой нет выхода.

Я почти смирилась. Спасение пришло, откуда его совсем не ждали, и вечер в честь свадьбы подарил мне надежду на свободу. Смогу ли сбежать, избавиться от тёмной зависимости от демонов?

Я хочу в это верить, ведь мой спаситель показал, что такое настоящее наслаждение, не приправленное стыдом и непристойностью. И я не хочу больше возвращаться к тем, кто не умеет любить, а знает лишь, что такое порочная страсть.

Я хочу стать счастливой и забыть тот кошмар, в который меня погрузили демоны. ГЛАВА 1. Джеффри легко поднялся на второй этаж и зашагал по знакомому мне коридору. Дверь в спальню была прикрыта, как я отметила, а в гостиной, где мы завтракали, уже убрали со стола.

Значит, слуги здесь появлялись, как и обещал Джонас.

Мои пальцы скользили по гладкому ободку, не пытаясь снять его – фаланга побаливала и покраснела от моих усилий. Сознание застыло в оцепенении, всё ещё не принимая тот факт, что я только что вышла замуж.

За кого?. Сглотнув и не глядя на… мужа, всё-таки рискнула тихо спросить, пока мы шли дальше: — Джеффри… а что за гости?

Боже, я не смогу смотреть им в глаза и улыбаться, вести себя по-светски, зная, какая я на самом деле… грязная. Развратная. Как извивалась от непристойных ласк, как просила ещё, умоляла взять меня снова и снова.

Тело облила жаркая волна, и соски под тонким кружевом проступили отчётливее, налившись болезненной истомой.

— Не волнуйся, любовь моя, это будет… празднование в узком кругу, — со странным предвкушением мурлыкнул Джефф на ухо, его язык пощекотал шею чуть пониже, родив россыпь мурашек. – Мои близкие знакомые. Страх кольнул острыми иголочками, в горле пересохло.

Любопытство смешалось с беспокойством, сердце суматошно забилось в груди. Отчего-то зрела уверенность, что на светский вечер это не будет похоже.

И то, что случилось вчера вечером и сегодня, это лишь… начало. Тем временем, Джеффри остановился перед дверью в самом конце коридора, толкнул её ногой и переступил порог.

Я огляделась, и дыхание сбилось, а глаза широко раскрылись: комната выглядела… странной. Откуда она здесь появилась, я же знаю наш дом! Плотные, бархатные шторы чернильно-чёрного цвета закрывали окна, не пропуская ни единого луча света.

В камине тлели угли, и сумрак от этого казался гуще. Ни свечей, ни светильников. Посередине – большая кровать с кованым изголовьем, и мой взгляд застыл на узких шёлковых лентах, прикреплённых к завитушкам.

Кроме этого здесь ещё находилось несколько странных приспособлений, применение которым ошарашенное сознание никак не могло придумать.

Конструкция с перекладиной вверху, на концах которой находились кожаные наручники, и внизу – точно такая же палка. В углу – шкафчик с множеством отделений. Два кресла около камина. — Мари, любимая, — прошептал горячо Джеффри, поставив меня на пол, и прижался к моей спине, давая почувствовать степень своего возбуждения.

Его ладони скользнули на мою грудь, обняли и мягко сжали. – В этой комнате действуют определённые правила, и я сейчас расскажу их тебе. Правила. Опять правила. Его пальцы проникли под ткань, нежа бутоны сосков, и моё дыхание мгновенно сделалось прерывистым и частым.

Джонас отошёл к шкафчику и что-то там делал, не глядя на нас. Я снова посмотрела на перекладины и наручники, и мелькнула мысль о пытках. Сладких, порочных пытках удовольствием на грани и за гранью. И скоро меня с ними познакомят… Живот подвело от приступа тягучего, пряного нетерпения и вожделения. Господи, я этого хотела. Я хотела узнать, что меня здесь ждёт.

Господи, я этого хотела. Я хотела узнать, что меня здесь ждёт.

Все раздумья о предстоящих гостях и вечеринке в честь моей свадьбы вылетели из головы.

Глаза не отрывались от наручников, пока Джефф продолжал тихо шептать на ухо, дразня мою грудь: — Здесь ты имеешь право разговаривать, только когда я или Джон тебя о чём-то спрашиваем.

Ты должна называть меня и его «мой Господин», поняла?

– строго спросил муж и вдруг больно ущипнул ставшие слишком чувствительными вершинки.

Читать книгу «Жена для двоих.

В клетке греха» онлайн


Мне эгоистично хотелось получить своё удовольствие прежде, чем за меня возьмутся всерьёз. Я всё-таки запнулась и на мгновение отвела взгляд. Мимолётно удивилась, что снова проснулось смущение.

А потом стало не до него, потому что… меня начали готовить, как поняла в следующий момент. Джонас поднял мои руки, и я почувствовала, как запястья плотно обхватывают шёлковые ленты, притягивая их к спинке и вновь лишая возможности шевелиться.

Дыхание участилось, стало глубоким, и по телу прошлась волна горячей дрожи. Я с трепетом ждала, что дальше, а возбуждение стремительно росло, закручиваясь между ног огненной воронкой.

— Помнишь, что я сказал, Мари? – мурлыкнул Джефф, поглаживая пальцами мои дрожащие губы. – Я хочу, чтобы ты умоляла разрешить тебе кончить, чтобы ты кричала, любовь моя.

И я знала, что буду. Только представив, как жадный рот мужа прижимается к моей влажной плоти, я тихонько застонала и выгнулась, бесстыдно раскинув колени ещё шире. Руки сжались, натянув шёлковые путы.

А Джонас… Он вдруг аккуратно согнул мою ногу, подняв выше, почти прижав к моему телу, и плотно обмотал широким длинным ремнём и пропустил конец под спиной, наклонившись и проделав то же самое со второй ногой.

Я едва могла пошевелиться, раскрытая, беспомощная и готовая к использованию. Джон чуть отстранился, окинул меня довольным взглядом и широко ухмыльнулся, выразительно облизнувшись. — Мне нравится, как ты смотришься, малыш-шка, — вкрадчиво произнёс он, и его палец совсем легко провёл по мокрым, шелковистым складкам.

У меня перехватило дыхание, и бёдра попытались податься вперёд, стремясь продлить непристойную ласку, но – безуспешно. Я лишь дёрнулась, и только. Джеффри мягко рассмеялся и переместился между моих ног, медленно обвёл жарко пылавшее местечко, пока не прикасаясь к нему.

Дрожь усилилась, проникая в самые дальние уголки, тело напряглось в ожидании горячих, сладких ощущений. Я тяжело дышала открытым ртом, воздуха отчаянно не хватало. — Начнём, — коротко произнёс Джефф и склонился надо мной, его пальцы раздвинули лоно.

Шершавый язык мучительно медленно, растягивая пытку удовольствием, лизнул, пощекотал трепещущий, изнывающий кусочек плоти и проник в меня, снова пробуя на вкус. А Джонас приник к торчащей вершинке, обхватил губами сочную вишню соска и сильно втянул, играя с ним, как с карамелькой. Ох… Короткий, хриплый вскрик вырвался из груди, я крепко зажмурилась, утопая в густой, тёмной, хмельной волне, затопившей с головой.

Я отдавалась грешному удовольствию, бесстыдно прижималась к рту Джеффри, извивалась в беспомощных попытках стать ещё ближе, усилить удовольствие, продлить его.

Меня разрывало в клочья от желания, стоны переходили в крики и тихое хныканье, когда Джефф почти совсем останавливался, лишь нежно посасывая.

Его палец ласкал скользкий вход, но не проникал, а мне хотелось, боже мой, как мне хотелось ощутить его внутри!

И не только палец, но и член. Почувствовать, как он двигается во мне, резко и сильно, входит до конца, насаживая меня и заставляя выгибаться навстречу.

Это было… страшно и сладко до невозможности, почти до потери сознания. Я в самом деле не помнила себя, потерялась окончательно и сделала то, что просил Джеффри.

— П-пожалуйста… мой Господин… — прохныкала, слепо подставляясь под губы Джонаса, продолжавшие ласкать мою грудь и приносившие хотя бы частичное облегчение. Но думала о губах Джеффа, неживших мою раздразненную и болезненно пульсировавшую плоть.

– Не останавливайтесь… пожалуйста-а!. Муж ответил не сразу. Сначала его язык вновь прошёлся по чувствительному местечку, обвёл горевшую огнём точку.

Я снова длинно, громко застонала, умирая от желания избавиться наконец от напряжения, получить освобождение. Эмоции переполняли, душили, я захлёбывалась в них, готовая отдать без остатка тем, кому они, похоже, необходимы больше, чем мне. — Хочешь кончить, любовь моя?

– хрипло выдохнул Джеффри, отстранившись и согрев дыханием моё лоно. – Хочешь, чтобы я как следует приласкал твою жемчужинку, да, Мари-и? От тягучих ноток в его голосе подвело живот, и я послушно ответила задыхающимся голосом: — Да… Да, хочу!.

Очень! И снова медленное, нежное прикосновение кончиком языка к средоточию моих желаний, мой горловой вскрик и – зубы Джонаса, чувствительно прихватившие твёрдый сосок. Пряная, горячая смесь ощущений превратила тело в податливый воск, я задрожала в предвкушении, балансируя на грани и ожидая… Вот-вот… Надо мной ведь сжалятся? Я же веду себя очень послушно… — А пото-ом?

– протянул Джеффри, и уже его палец провёл по скользкой плоти, на несколько мгновений проникнув в меня.

– Хочешь меня здесь, Мари-и? — Хочу… пожалуйста… — жалобно прошептала я, согласная сейчас на всё, что он скажет. И потом, всё равно Джефф это сделает, ведь я должна повторить с ним то же, что и с Джонасом, пока его не было.

Я хотела, и чтобы муж подарил наконец долгожданную свободу, и чтобы потом взял меня, как он пожелает. Знала, что он захочет, чтобы Джон присоединился, и мне придётся просить разрешения. Представляя всё это, а ещё, то тёмное удовольствие, которое мне подарят, я уходила в тёмный омут глубже с каждым мгновением.

— Хорош-шо… — донёсся до меня довольный голос Джеффри, и его порочный рот снова прижался к лону, на этот раз уже не дразня. Мне хватило всего пары прикосновений, чтобы зайтись в крике, сотрясаясь от нахлынувшего наслаждения, выплёскивая его из себя и отдавая Джеффу. По щекам ползли слёзы, ослепляя, тело бесстыдно выгибалось, безмолвно прося больше, ещё больше, и… Я услышала тихий рык, и на меня навалилось сильное тело, прижимая к кровати.

Джеффри целовал жёстко, жадно, оставляя на губах сладковатый, медовый привкус моей собственной страсти. А потом я почувствовала, как каменно-твёрдый ствол стремительно входит, легко скользя внутри, проникая, усиливая острое ощущение неправильного счастья.

Подалась навстречу, впуская дальше, глубже, сжимая мышцы, а губы лихорадочно шептали такие желанные для Джеффри слова: — Возьми меня… Ещё… Да, да!!

Резкие, сильные толчки отзывались внизу живота горячими спазмами, и меня снова затягивало на дно тёмного, порочного удовольствия. И я не желала сопротивляться, нет, только не сейчас. Кажется, я стала такой же ненасытной, как Джонас и Джеффри, и ужас от осознания лишь кольнул где-то глубоко и пропал.

А муж вдруг замер, отчего я чуть разочарованно не захныкала, обнял за талию и перевернулся, уложив меня на бок и немного на себя. Шёлковые путы позволяли это сделать, не доставляя особого неудобства.

И тут же между ягодицами скользнул настойчивый палец, погладил то, второе местечко, уже тоже обильно увлажнённое, и медленно проник в тугое колечко мышц, легко их раздвинув. Я была готова и с той стороны… Всего несколько мягких движений, и палец пропал, а к спине прижался Джонас, обняв за талию чуть пониже рук Джеффри. Почувствовала, как в попку ткнулась гладкая и горячая головка, готовая ворваться в меня в любой момент, и я, торопливо сглотнув сухим горлом, не стала дожидаться очередного приказа.

— Господин мой… — выдохнула куда-то в шею Джеффу, крепко стиснутая телами мужчин.

– Можно… он сзади будет?. – сумбурно закончила, с трепетом и беспокойством ощущая, как нетерпеливо член Джона гладит между ягодицами. Хриплый, довольный смешок показал, что я правильно поступила, и в душе расцвело ликование. Послушная девочка, да… Послушная и покорная, развратная до самой глубины. Вот моя сущность. — Можно, любовь моя, — одновременно с этими словами я ощутила настойчивое, самую малость болезненное вторжение и невольно выгнулась, как смогла, связанная и почти обездвиженная.

Вот моя сущность. — Можно, любовь моя, — одновременно с этими словами я ощутила настойчивое, самую малость болезненное вторжение и невольно выгнулась, как смогла, связанная и почти обездвиженная. Мир сорвался со своей оси и сошёл с ума, и я вместе с ним.

Ладонь Джона опустилась в самый низ живота, пальцы погладили между ног, и его член плавно, быстро скользнул в меня до упора, вырвав тихий всхлип из горла. Откинув голову, я до боли зажмурилась, впитывая ощущения, жадно захлёбываясь их горьковатой сладостью, умирая от восторга, что… принадлежу этим существам вот так, везде.

Что моё тело подчиняется их прикосновениям, плавится от непристойных ласк, требует ещё и ещё, раскрываясь до невозможности, бесстыдно предлагая себя. Стиснутая в горячих объятиях, практически распятая между Джеффри и Джонасом, связанная и беспомощная, я дрожала от ликования, чувствуя, как внутри двигаются их члены. Пальцы Джона, скользившие между складок, усиливали ощущения стократ, и я плакала от невозможности сдержаться, вместить эту огромную волну эмоций, накрывшую с головой.

Кажется, я перестала существовать на несколько мгновений, растворившись в остром, непереносимом удовольствии. Кажется, мы стали одним целым существом, наше хриплое дыхание смешалось, и мой громкий, протяжный крик совпал с низким, вибрирующим рыком Джонаса.

Несколько особо сильных, глубоких толчков, и я почувствовала, как внутри что-то расслабилось, и тут же Джеффри, стиснув меня в железной хватке, буквально насадил на себя, и… Я снова утонула в жарком тумане, задыхаясь от второй волны эмоций, падая, падая в тёмную пропасть и уже не чувствуя собственного тела… Что всё закончилось, я осознала не сразу.

Слёзы продолжали катиться по щекам, мною завладела знакомая апатия, превращая мышцы в желе, и я обмякла безвольной куклой.

Вяло шевельнулась мысль, оставят ли меня хоть на немного в покое, хватит ли моим хозяевам того, что они получили. Ведь впереди ещё вечер… И гости. — Всё, всё, Мари, любовь моя, — нежный шёпот Джеффри, и прикосновения его губ к моим мокрым щекам немного привели в чувство.

– Боже, жена, это было непередаваемо, — его голос слегка дрожал, и в нём слышался восторг.

– Ты находка, настоящая находка… Отстранённо отметила, что Джонас отпустил, а Джефф бережно уложил на спину, и они в четыре руки начали освобождать от пут. Ноги немного затекли, и я не удержалась от слабого стона, распрямляя их, и тут же чьи-то ладони заскользили, мягко разминая и разгоняя кровь по венам.

Я не шевелилась, покорно дожидаясь, пока смогу встать. Если позволят. — Сейчас полегче станет, малышка, — это уже заботливый голос Джона – я по-прежнему не открывала глаз, пребывая в тумане полузабытья.

«Было круто»: мужчины и женщины рассказывают про опыт ЖМЖ (16 фото)

Автор: Преподобный Стасян 16 сентября 2021 16:28 Сообщество : Голая правда Метки: вопросы девушки жены жмж мужчины отношения постель формы 62385 16 Постель — место, в которое не принято пускать третьего человека.

Герои данной подборки нарушили это правило, а своими ощущениями от случившегося поделились в соцсетях и на форумах.

А как к таким экспериментам относитесь вы? 0 Смотреть все фото в галерее 1. Шутки шутками, но так чаще всего и происходит 0 Источник: × 2.

0 Источник: 3. Многие девушки уверены, что отношения — не место для экспериментов 0 Источник: 4. Советы от тех, кто уже пробовал ЖМЖ 0 Источник: 5.

Большинство девушек на форумах заявляют, что им нравится подобный формат интима 0 Источник: 6. 0 Источник: 7.

ЖМЖ против МЖМ 0 Источник: 8.

Многие девушки в соцсетях открыты для предложений 0 Источник: 9. Некоторые девушки настолько коварны, что способны даже на такое 0 Источник: 10.

Как считаете, измена лучше ЖМЖ? 0 Источник: 11. Они так спокойно говорят об этом, как о походе в магазин за хлебом 0 Источник: 12.

Есть и на форумах и те, кто никак не может решиться на этот шаг 0 Источник: 13. Такое мнение тоже имеет место быть 0 Источник: 14. История мужчины, который разочаровался в подобном формате 0 Источник: 15.

А как к таким экспериментам относитесь вы?
0 Источник: Источник: Ссылки по теме:

подписаться на сообщество «Голая правда» Метки: вопросы девушки жены жмж мужчины отношения постель формы Понравился пост? Поддержи Фишки, нажми: 132 46 86 Понравилось 86 3 Новости партнёров

Жена для двоих. В клетке греха

Жанр: ,

  1. Понравилось: 2
  2. В библиотеках: 10
  1. 2
  2. 37
  3. 5
  4. 36416
  5. 13
  6. 126393
  7. 51651
  8. 83666
  9. Понравилось: 2
  10. 1
  11. 8
    • 36416
    • 34
    • 7

    Жанр: Аннотация: Аннотация Капли крови срываются с его губ, красный взгляд стремительно мрачнеет, а на зеркально.

  12. 16997
  13. 62293
  14. 32
  15. 5
  16. 10
  17. 7
  18. В библиотеках: 10
    • 126393
    • 5
    • 32

    Жанр: , Аннотация: Джесс и Джейсон.

    Такие имена дала Рейчел «безупречным» супругам, за жизнью которых она день за .
  19. 34
  20. 3
  21. Размещено 25.06.2017
    • 39181
    • 13

    Жанр: Аннотация: Более чем вероятно, что эта книга изменит вашу жизнь.

    Она поможет вам полностью пересмотреть свой .
  22. 6
  23. 7
  24. 39181
    • 83666
    • 6
    • 37

    Жанр: Аннотация: Таня Танк Бойся, я с тобой Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не мо.

  25. 10
  26. 1
    • 51651
    • 18
    • 7

    Жанр: Аннотация: Зои Сагг Девушка Online Я посвящаю эту книгу всем, кто сделал ее появление реальностью.

    Всем, к.

  27. 18
  28. 16997
  29. Тип размещения: Бесплатно
    • 62293
    • 8
    • 1

    Жанр: Аннотация: Если для нас «любить» означает «страдать», значит, мы любим слишком сильно. В этой книге рассматрив.

  30. 3

Текст книги «Жена для двоих.

В клетке греха (СИ)»

, Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц) Кристина Азимут АННОТАЦИЯ ГЛАВА 1 ГЛАВА 2 ГЛАВА 3 ГЛАВА 4 ГЛАВА 5 ГЛАВА 6 ГЛАВА 7 ГЛАВА 8 ГЛАВА 9 ГЛАВА 10 ГЛАВА 11 ГЛАВА 12 ГЛАВА 13 ГЛАВА 14 ГЛАВА 15 ГЛАВА 16 ГЛАВА 17 ГЛАВА 18 ГЛАВА 19 ГЛАВА 20 ГЛАВА 21 ГЛАВА 22 ЭПИЛОГ Я стала игрушкой для двух демонов, один из которых мой сводный брат, а за второго мне пришлось выйти замуж. Они открыли для меня новые грани греха, утянули в пропасть порока, что чернее ночи, и я попала в клетку, из которой нет выхода.

Я почти смирилась. Спасение пришло, откуда его совсем не ждали, и вечер в честь свадьбы подарил мне надежду на свободу. Смогу ли сбежать, избавиться от тёмной зависимости от демонов?

Я хочу в это верить, ведь мой спаситель показал, что такое настоящее наслаждение, не приправленное стыдом и непристойностью. И я не хочу больше возвращаться к тем, кто не умеет любить, а знает лишь, что такое порочная страсть. Я хочу стать счастливой и забыть тот кошмар, в который меня погрузили демоны.

Джеффри легко поднялся на второй этаж и зашагал по знакомому мне коридору. Дверь в спальню была прикрыта, как я отметила, а в гостиной, где мы завтракали, уже убрали со стола.

Значит, слуги здесь появлялись, как и обещал Джонас. Мои пальцы скользили по гладкому ободку, не пытаясь снять его – фаланга побаливала и покраснела от моих усилий. Сознание застыло в оцепенении, всё ещё не принимая тот факт, что я только что вышла замуж.

За кого?. Сглотнув и не глядя на… мужа, всё-таки рискнула тихо спросить, пока мы шли дальше: – Джеффри… а что за гости?

Боже, я не смогу смотреть им в глаза и улыбаться, вести себя по-светски, зная, какая я на самом деле… грязная.

Развратная. Как извивалась от непристойных ласк, как просила ещё, умоляла взять меня снова и снова. Тело облила жаркая волна, и соски под тонким кружевом проступили отчётливее, налившись болезненной истомой. – Не волнуйся, любовь моя, это будет… празднование в узком кругу, – со странным предвкушением мурлыкнул Джефф на ухо, его язык пощекотал шею чуть пониже, родив россыпь мурашек.

– Мои близкие знакомые. Страх кольнул острыми иголочками, в горле пересохло.

Любопытство смешалось с беспокойством, сердце суматошно забилось в груди.

Отчего-то зрела уверенность, что на светский вечер это не будет похоже. И то, что случилось вчера вечером и сегодня, это лишь… начало.

Тем временем, Джеффри остановился перед дверью в самом конце коридора, толкнул её ногой и переступил порог. Я огляделась, и дыхание сбилось, а глаза широко раскрылись: комната выглядела… странной. Откуда она здесь появилась, я же знаю наш дом!

Плотные, бархатные шторы чернильно-чёрного цвета закрывали окна, не пропуская ни единого луча света. В камине тлели угли, и сумрак от этого казался гуще. Ни свечей, ни светильников. Посередине – большая кровать с кованым изголовьем, и мой взгляд застыл на узких шёлковых лентах, прикреплённых к завитушкам.

Кроме этого здесь ещё находилось несколько странных приспособлений, применение которым ошарашенное сознание никак не могло придумать.

Конструкция с перекладиной вверху, на концах которой находились кожаные наручники, и внизу – точно такая же палка.

В углу – шкафчик с множеством отделений.

Два кресла около камина. – Мари, любимая, – прошептал горячо Джеффри, поставив меня на пол, и прижался к моей спине, давая почувствовать степень своего возбуждения. Его ладони скользнули на мою грудь, обняли и мягко сжали.

– В этой комнате действуют определённые правила, и я сейчас расскажу их тебе. Правила. Опять правила. Его пальцы проникли под ткань, нежа бутоны сосков, и моё дыхание мгновенно сделалось прерывистым и частым.

Джонас отошёл к шкафчику и что-то там делал, не глядя на нас. Я снова посмотрела на перекладины и наручники, и мелькнула мысль о пытках. Сладких, порочных пытках удовольствием на грани и за гранью.

И скоро меня с ними познакомят… Живот подвело от приступа тягучего, пряного нетерпения и вожделения.

Господи, я этого хотела. Я хотела узнать, что меня здесь ждёт.

Все раздумья о предстоящих гостях и вечеринке в честь моей свадьбы вылетели из головы.

Глаза не отрывались от наручников, пока Джефф продолжал тихо шептать на ухо, дразня мою грудь: – Здесь ты имеешь право разговаривать, только когда я или Джон тебя о чём-то спрашиваем. Ты должна называть меня и его «мой Господин», поняла? – строго спросил муж и вдруг больно ущипнул ставшие слишком чувствительными вершинки.

С моих губ сорвался тихий вскрик, я поперхнулась вдохом и тут же послушно ответила: – Да… мой Господин. Рабыня. Здесь я – рабыня для порочных утех, без права голоса и своих желаний. Собственно, они давно уже стали нашими общими, меня, Джонаса и Джеффри.

Тело покорно выгнулось в руках супруга, я прикрыла глаза и прикусила губу, медленно погружаясь в тёмное болото вожделения, пробудившегося от прикосновений Джеффа.

Да и уходило ли оно?. – У-умница, – мурлыкнул он и вдруг отступил, отпустил меня, оставив чувство лёгкой растерянности и разочарования. – Ты должна выполнять всё, что мы скажем, Мари-и, без возражений.

Я замерла, боясь пошевелиться и оглянуться, чутко прислушиваясь к тому, что происходило за спиной. Тихие шаги, шорох, и повелительный голос Джеффри: – Развернись, подойди и разденься.

На подгибающихся ногах, опустив глаза в пол, я подчинилась.

Приблизилась, остановилась рядом с креслом, в котором, небрежно развалившись, сидел Джеффри, и дрожащими пальцами начала распутывать ленточку на шнуровке платья. Плотная, тяжёлая тишина давила на уши, заставляла напрягать слух, улавливая малейший звук. Что всё-таки делал Джонас?. – Ну, Мари, расскажи, чем вы тут с Джоном занимались, пока я устраивал нашу свадьбу, – с ленивой усмешкой произнёс Джеффри, медленно оглядел меня, отчего жар в теле усилился, и потянулся к бутылке на столе.

Плеснул себе вина, тёмного, почти чёрного, пригубил. Я, справившись с лентами и распустив шнуровку, освободила плечи от платья, потом спустила его с груди.

Вдруг вернулся стыд, обливший горячим до кончиков пальцев ног. Рассказать, да… – Джон… привёл меня в кабинет, – тихим, срывающимся голосом начала я, мучительно краснея от всплывших в памяти картинок. – Он сказал, что… давно мечтал увидеть там меня, на столе, – лицо уже пылало, а внизу живота разливался жидкий огонь, подогревая возбуждение.

Господи, я снова хотела оказаться на том столе, и чтобы Джонас делал со мной все те вещи. Стыд смешался со сладкой истомой, и я задрожала сильнее, стиснув бёдра в неосознанной попытке усилить вспыхнувшие ощущения. – Дальше, – кивнул Джеффри, его глаза в полумраке комнаты заблестели, и показалось, в них снова плавают золотые искры… – Снимай платье, любовь моя, – напомнил он о своём приказе.

– Побыстрее, жена, – последнее слово он произнёс с двусмысленной усмешкой, отчётливо смакуя его. Поспешно кивнула, потом вспомнила о правилах этой комнаты и пролепетала: – Да, мой Господин, – и выпуталась из рукавов, позволив невесомой ткани скользнуть вниз, окутать ступни лёгким облаком. Мне нравилось так называть Джеффри, вдруг осознала, от неожиданности замерев и уставившись перед собой невидящим взглядом.

От этих слов внутри всё трепетало и ликовало, готовое подчиниться, в самом деле выполнить любой приказ. Любое желание. Даже самое порочное и тёмное… – Я попросила сделать мне приятное, – продолжила рассказывать, стоя перед бесстыдным взглядом Джеффа полностью обнажённой. – Как… вы просили, мой Господин, – добавила, невольно сжав кулаки и мелко дрожа.

– Хорошая девочка, – благосклонно кивнул муж и скомандовал. – Подойди и опустись на колени, раздвинь их и убери руки за спину. Я не понимала, что со мной происходит.

Почему я жажду подчиниться, забыв про остатки гордости, забыв вообще про всё. Послушно подхожу ещё ближе, сажусь на пол, как мне приказали – пушистый ковёр был мягкий и не давал замёрзнуть. Раздвигаю колени широко, как могу, открывая себя и показывая красноречиво влажное лоно.

Сцепляю руки за спиной и поднимаю глаза на Джеффри… Умирая от желания, чтобы он прикоснулся ко мне, хоть как-нибудь. – Что ты попросила Джонаса, любовь моя? – мягко продолжил допрос муж, наслаждаясь происходящим.

– Что ты хотела, чтобы он сделал с тобой?

Об этом говорила его довольная, порочная улыбка, и отчётливо мерцавшие золотистой дымкой глаза. Не отрывая от меня взгляда, он снял камзол и начал медленно расстёгивать рубашку.

– Я хотела, чтобы он приласкал меня… между ног, губами и языком, – тихим шёпотом, сгорая от пряного стыда и возбуждения, послушно ответила. Поймала себя на том, что чуть не задвигала бёдрами, вспомнив, что делал со мной Джонас в кабинете.

Нежная плоть вспыхнула огнём, требуя внимания, и пришлось до боли стиснуть пальцы за спиной. Я готова была сделать это сама, лишь бы унять голодный огонь, пожиравший изнутри… Но мне никто не давал разрешения на это, и я продолжала смирно сидеть, глядя на Джеффри и кусая губы в попытке удержаться от тихого, беспомощного хныканья.

– М-м-м, – протянул муж, откровенно разглядывая мои раздвинутые ноги.

– И как, Мари, любовь моя? Ты кричала, просила ещё? – Да, мой Господин, – охрипшим голосом послушно ответила, облизнув губы и умирая от желания повторить эти ощущения. – Мне… очень понравилось… Голова слегка закружилась от наполнивших эмоций, они бурлили в крови, опаляли изнутри и стекали в низ живота раскалёнными ручейками.

Тело задрожало сильнее, я неосознанно выгнулась, а мышцы сжались, послав острую молнию удовольствия. – И что потом, Мари-и? – тягучим, низким голосом спросил Джефф, гипнотизируя взглядом. – Он… он уложил меня на стол, – я поймала себя на страстном нетерпении рассказать в подробностях, как мне было хорошо, шалея от собственных слов и покорности, и продолжила.

– И… вошёл в меня… Джеффри подался вперёд и одарил таким голодным взглядом, что я едва не отшатнулась, между ног всё свело в сладкой судороге возбуждения. – Как Джон тебя трахнул, любовь моя?

– вкрадчиво спросил муж, и я отметила, что его голос тоже охрип. – Куда он поимел тебя, а-а? После этих развратных, пошлых слов я тихо застонала, уже не в силах удерживать эмоции.

Возбуждение накатило такой сильной волной, что на несколько мгновений сбилось дыхание. Я хватала ртом густой, плотный воздух, проталкивая его в лёгкие.

– Сп-переди, м-мой Господин, – выдохнула наконец, тёмный восторг от осознания собственной порочности накрыл с головой.

Мой муж шумно выдохнул и вдруг резко поднялся, отчего я вздрогнула. Сердце метнулось к горлу, замерло там на несколько мгновений, а потом ухнуло обратно и затрепыхалось в животе.

Ладонь Джеффри легла на макушку, провела, а потом пальцы зарылись в мои волосы и крепко их сжали, оттягивая мою голову назад. Сильно, до боли. Он наклонился, пригвоздив меня своим взглядом, в котором плескалось расплавленное золото, и с предвкушением ухмыльнулся.

– И ты просила взять тебя ещё и ещё, не так ли, Мари-и? – со странным восторгом спросил он, проведя пальцем по моим приоткрытым, дрожащим губам.

– Да, просила, – покорно призналась, окончательно потеряв себя. Боже, ко мне ещё не прикоснулись, даже не поцеловали, а я уже готова отдаться, просить и умолять, чтобы сделали хоть что-нибудь, чтобы унять пожар вожделения, плавивший кости и превращавший тело в податливый воск.

– Чудненько, – промурлыкал Джеффри и выпрямился, отпустив мои волосы, а потом скомандовал.

– Поднимись. Я подчинилась, едва держась на подгибавшихся коленках. И ведь это я ещё не рассказала, что было дальше, когда мы ушли из кабинета… При воспоминании о том, как член Джонаса двигался в моём рту, как я послушно облизывала его и принимала в себя, из груди вырвался беспомощный всхлип, и я зажмурилась.

Пучина тёмного вожделения затягивала всё глубже, стремительнее.

Господи, прости, я готова была повторить, неважно с кем, с Джеффри или с братом.

– Подойди к Джону, – последовал приказ, и я развернулась, увидев, что Джонас стоит около той самой странной конструкции с перекладинами и наручниками.

Ладонь мужа огладила мою попку и чувствительно сжала, а потом легонько подтолкнула в ту сторону.

Я приблизилась, с трудом передвигая ноги и даже не пытаясь представить, что же меня ждёт. Встретилась взглядом с Джоном… Он тоже горел золотом, а в хищной усмешке крылось обещание удовольствия во сто крат сильнее, чем всё, что я испытывала до того.

Боже… Выдержу ли я? – Подними руки, малышка, – глубоким, низким голосом приказал Джон, и я послушно выполнила. В полной тишине мои запястья обхватили мягкие, кожаные манжеты наручников, притянув к перекладине, и тело вытянулось в струнку. Беспомощность. Я снова не могла пошевелиться, и снова не страх пощекотал изнутри невидимыми усиками, а… предвкушение.

Внизу Джеффри между тем проделал то же самое с моими ногами, расставив их и застегнув такие же кожаные браслеты на лодыжках. Я оказалась распятой, растянутой, доступной и обездвиженной.

Дрожащей от возбуждения, покорной и готовой к новым граням порочного наслаждения. Мне предстояло познать новые глубины порока… И я с нетерпением ждала этого.

Джеффри обошёл меня и остановился, медленно оглядев, кивнул, не переставая улыбаться. Джонас скрылся из моего поля зрения, родив всплеск слабого беспокойства: что же дальше?. – Мари, продолжай, – мягко произнёс Джефф, скрестив руки на груди.

– Что дальше делал с тобой брат? Я сглотнула, с отчаянием глядя на него.

Он же видел, сам. Стоял и смотрел, как Джон имеет мой рот, как я послушно облизываю и с восторгом принимаю его плоть. И… Джеффри хотел, чтобы я рассказала об этом. Пока обрывки мыслей лихорадочно метались в оцепеневшем сознании, я ощутила, как мою шею плотно обхватило что-то, похожее на ошейник.

Страх снова лизнул изнутри прохладным языком, я едва не подавилась вдохом, но тут Джефф протянул руку и мягко, едва ощутимо коснулся моих напряжённых, вызывающе торчащих сосков. Обвёл их, не сводя с меня глаз. И я ответила, дрожа и плавясь от этих нежных ласк: – Он… отвёл меня в гостиную… Связал руки и… попросил, чтобы… я взяла в рот его член… – голос то и дело прерывался, я часто сглатывала, невольно прислушиваясь к ощущениям.

Джонас что-то делал с ошейником, прикрепил к нему нечто сзади, что невесомо скользнуло по моей напряжённой спине, родив россыпь обжигающих мурашек.

Что это?. – И ты выполнила, да?

– вкрадчиво спросил Джеффри, чуть сильнее нажав на розовеющие бутоны, отчего я судорожно вздохнула, прикусив губу.

– Отсосала, как следует, любовь моя, так, что Джонас кончил в тебя?

Боже. Эти грязные, развратные слова… Они действовали на меня, как искры на порох. Каждое отзывалось яркой картинкой перед глазами, а за картинками следовали ощущения.

Пьянящие, острые, горько-сладкие. – Да, мой Господин, – едва выговорила непослушными губами.

– Всё так и было… Хотелось беспомощно захныкать, но не от стыда или отчаяния. Меня вновь переполняло возбуждение, такое сильное, что темнело перед глазами.

Джеффри шагнул вперёд, оставив в покое грудь, а потом… Его рука нырнула между моих широко расставленных ног, но не прикоснулась.

Ухватила то, что свисало с ошейника сзади, потянула вперёд… Мои глаза широко распахнулись, когда я почувствовала, как к влажным и чувствительным складкам прижалось что-то шершавое и грубое, опустила взгляд. Джеффри держал верёвку, и кажется, на ней был узел.

Он аккурат попал на горевший жаром нежный кусочек плоти, и мои бёдра неосознанно сделали непристойное движение, стремясь усилить ощущения. Я уже не задавалась вопросом, что меня ожидало, я… просто покорно ждала продолжения. Глаза мужа сузились, он натянул верёвку, заставив сдавленно всхлипнуть – узел жёстко потёрся, причиняя боль пополам с удовольствием, и скомандовал: – Стой спокойно, Мари-и.

Теперь приступим к твоему наказанию за непослушание.

Я послушно замерла, дрожа от напряжения. Джеффри прикрепил конец верёвки к ошейнику спереди, так, что верёвка всё так же почти врезалась в мою нежную плоть. Малейшее движение осыпало тело острыми осколками наслаждения, даже простое сокращение мышц… Я задыхалась, изнывая от возбуждения, превратившего тело в комок эмоций, а Джонас, прижавшись к спине, добавил переживаний.

Его ладони обхватили мою грудь, пальцы чувствительно ущипнули за и без того нывшие твёрдые вершинки, и с моих губ сорвался тихий всхлип.

Я почувствовала, как плеча коснулся горячий поцелуй, и Джон снова ухватил жарко пульсировавшие бутоны, сжал их и оттянул, добавляя боли в водоворот эмоций, захвативших меня. Непослушное тело выгнулось, хотя мне приказали не шевелиться, попкой я ощутила твёрдый ствол Джонаса, а верёвка между ног снова потёрлась об чувствительное местечко. – Ш-ш-ш, – предупреждающе зашипел Джеффри, и я выплыла на несколько мгновений из горячечного тумана возбуждения, тяжело дыша и с трудом сосредоточившись взглядом на муже.

– Любовь моя, ты же хотела бы снова сделать это? – мурлыкнул он, и тут я, к своему ужасу, заметила в его руках кое-что. Плётка. Кожаная плётка с множеством мягких хвостов, и Джефф с многозначительным видом похлопывал ею по ладони.

Это уже не просто шлепки по попке… Внутри всё ухнуло, перемешалось, а когда Джеффри шагнул вперёд, нежно проведя хвостом по моему животу, я едва не отпрянула в панике, мешавшейся со страстью.

Но Джонас по-прежнему прижимался ко мне, не давая шевелиться, пощипывал и оттягивал соски, превратившиеся в спелые, тёмно-розовые вишни.

Они то и дело постреливали вспышками удовольствия от грубых ласк.

– Хотела бы снова взять в рот, м-м? – продолжил Джеффри непристойный допрос, и всё так же водил плёткой по моему животу. Губы Джонаса блуждали по моей шее и плечам, и я вдруг осознала, что… к попке прижимается его член, возбуждённый и горячий.

Штанов на брате, похоже, уже не было.

А ещё, Джон тихонько покачивался со мной вместе, и верёвка, боже, она тоже двигалась.

Чуть-чуть, но этого хватало, чтобы у меня перед глазами всё помутилось, и страх перед плёткой в руках Джеффри растворился в волнах огня, расходившихся от пульсировавшей точки между ног. – Х-хотела бы, мой Господин, – покорно, едва слышно прошептала, прикрыв глаза и уже не понимая, где нахожусь, и что со мной происходит.

Тут же живот обжёг хлёсткий, резкий удар, и кожу как кипятком облили. Я вскрикнула, запрокинув голову, беспомощно дёрнулась в путах, и вновь боль смешалась с приступом эйфории от верёвки между ног.

Джеффри приблизился вплотную, одарил меня нежным взглядом и так же нежно улыбнулся, пока я хватала ртом воздух и приходила в себя от первого удара. Уверена, не последнего. – Жена моя, ты очень испорченная девочка, – мягко произнёс он, его ладонь провела по моему бедру, пока пальцы Джонаса, на сей раз ласково, едва касаясь, дразнили набухшие и истерзанные грубыми щипками соски. – И за это я запрещаю тебе кончать.

Но ты можешь просить и умолять меня об этом, – добавил он, пока я со сладким ужасом осознавала, какое именно наказание мне приготовили. – И может, я разрешу тебе. Чуть позже. Он отстранился, и – снова удар, теперь пониже, по бёдрам.

Мой глухой вскрик, попытка удержаться на месте и не дать проклятой верёвке потереться об горевшую огнём плоть. И резкий контраст нежных прикосновений к откровенно болевшим вершинкам.

О да, это была совершенно новая грань порока, жёстче, глубже, чем раньше. Настоящая боль, от которой кожа горела, будто отхлестали крапивой, и одновременно наслаждение. Меня наказывали этой болью, этим наслаждением, и от невозможности удовлетворить её до конца, испить эту горько-сладкую чашу до дна я сходила с ума.

И уже не понимала, отчего слёзы, сознание отказывалось принимать происходившее.

Смутно почувствовав, как ладони Джонаса спустились на бёдра, я на мгновение напряглась, и новый удар, теперь по груди. Я вскрикнула, из горла вырвалось короткое рыдание, и тут же – настойчивые пальцы, проникнувшие под верёвку внизу, скользнувшие по мокрым складкам. Приносящие опьянение и облегчение, всего на миг.

Я изо всех сил напрягла мышцы, заставляя себя стоять прямо. Малейшее движение, и тело снова скрутит судорога удовольствия, а мне… мне нельзя. Я балансировала на грани, захлёбываясь в ощущениях, ослеплённая и потерянная.

Распятая, беспомощная, в полной власти мужа и моего сводного брата. Они владели мной, моими желаниями, моим вожделением, и умело растравляли их, и я в самом деле была в шаге от того, чтобы начать умолять, униженно упрашивать, чтобы мне позволили. Пальцами, ртом, членом – чем-нибудь утолить тёмный голод, разбуженный ими же.

И всё равно, кто они на самом деле, люди или нелюди.

В какой момент Джонас оказался впереди, а Джеффри зашёл за спину, я так и не поняла.

Но – почувствовала. Обжигающий удар по ягодицам, и влажный плен, в который захватил мой сосок жадный рот Джона. Движение верёвки, прикосновение языка к горевшему бутону, зубы, прихватившие твёрдую горошину и оттянувшие её. Тело превратилось в звенящую струну, готовую порваться в любой момент, я хватала ртом воздух, со смесью страха и вожделения ожидая следующего удара… И он последовал.

Мой вскрик, вспышка перед глазами, когда узел на верёвке совсем чуть-чуть потёрся о нежную плоть. И жаркий шёпот Джеффри: – Любовь моя, у тебя есть время подумать, с чего мы начнём, – его пальцы погладили мою истерзанную ударами попку. – С твоего ротика, с моего, или… – выразительная пауза, во время которой уже пальцы Джонаса скользнули дальше под верёвкой, проникая внутрь меня.

– Моего члена в тебе, Мари-и.