Штатные понятые судебная практика

Штатные понятые судебная практика

Штатные понятые судебная практика

Решение № 12-2/2014 от 21 октября 2014 г. по делу № 12-2/2014


, не влияет на вывод мирового судьи о наличии состава вмененного административного правонарушения с учетом наличия доказательств, достоверно подтверждающих факт управления Бояркиным С.А.

транспортным средством. Подлежит отклонению как несостоятельный довод жалобы о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства о проведении освидетельствования на месте отстранения от управления ТС и об отказе Бояркина С.А.

от прохождения освидетельствования, так как опровергается составленными в отношении заявителя процессуальными документами, в частности протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, в котором указано основание для направления на медицинское освидетельствование – отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, данный протокол подписан Бояркиным С.А., при этом каких-либо замечаний относительно того, что он не отказывается пройти освидетельствование, протоколы не содержат.

Пункт 131 Административного регламента, утвержденного приказом МВД Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ, предусматривает, что освидетельствование лица на состояние алкогольного опьянения осуществляется непосредственно на месте его отстранения от управления транспортным средством либо, в случае отсутствия в распоряжении сотрудника указанного специального технического средства, на ближайшем посту ДПС, в ином помещении органа внутренних дел, где такое специальное техническое средство имеется.

Доказательств нарушения сотрудниками ДПС названных положений нормативного акта материалы дела не содержат, от прохождения освидетельствования Бояркин С.А. отказался, поэтому процедура освидетельствования на месте отстранения не проводилась. Процессуальные документы составлены сотрудниками полиции последовательно с отражением в них всех необходимых для рассмотрения дела сведений.

При этом противоречий относительно времени совершения Бояркиным С.А. вмененного в вину правонарушения вопреки доводам жалобы не имеется. В протоколе об административном правонарушении зафиксировано время управления водителем транспортным средством (04 час.

00 мин.), при этом сам названный процессуальный документ составлен в 05 час. 10 мин., т.е. после отказа Бояркина С.А. от прохождения медицинского освидетельствования.

То обстоятельство, что лица, привлеченные в качестве понятых при направлении водителя на медицинское освидетельствование, работают водителями такси и были приглашены инспектором ДПС, не свидетельствует об их заинтересованности в исходе настоящего дела.

Всем доказательствам мировым судьей дана надлежащая оценка с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а также достаточности.

Таким образом, вывод мирового судьи о наличии в действиях Бояркина С.А.

состава административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. РФ, является правильным. Руководствуясь ст.ст.

, , , РФ, судья, РЕШИЛ: Постановление мирового судьи судебного участка от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении по ч.1 ст. РФ в отношении Бояркина Сергея Александровича оставить без изменения, жалобу Бояркина С.А.

– без удовлетворения. Судья Табунского районного суда подпись Л.В.Фролова Верно Судья Л.В.Фролова Секретарь Т.И.ТищенкоТабунский районный суд (Алтайский край) Фролова Лариса Васильевна (судья) Судебная практика по применению норм ст.

12.8, 12.26 КОАП РФ

Полицейские создали целую систему подставных понятых, убедились журналисты «Медузы» и «Важных историй» Для этого нам пришлось исследовать все судебные документы из базы Мосгорсуда

Данное сообщение (материал) создано и (или) распространено иностранным средством массовой информации, выполняющим функции иностранного агента, и (или) российским юридическим лицом, выполняющим функции иностранного агента. Журналисты и «Медузы» исследовали документы московских судов и нашли в них более 140 «штатных» понятых, которые регулярно свидетельствовали в судах по наркотическим статьям.

Это не проходившие мимо граждане, а знакомые полицейских или те, кто находится от них в зависимости. Несмотря на грубое нарушение закона при привлечении таких понятых, судьи с их помощью отправляют людей за решетку.В мае 2018 года 35-летняя Наталия Голобородько обратилась в отдел по контролю за оборотом наркотиков УВД по Западному административному округу (ЗАО), чтобы «изобличить сбытчика запрещенных веществ».

Полицейские решили провести у него «проверочную закупку» и договорились, что Голобородько купит вещество у дилера под присмотром оперативников. Полицейские нашли двух понятых и все вместе отправились к дому безработного Николая Григорьева — того самого «сбытчика».

Как только сделка состоялась, оперативники задержали продавца. В отделении полиции у Григорьева изъяли деньги, якобы полученные от Голобородько за наркотики, а в его квартире в присутствии понятых нашли МДМА, амфетамин и гашиш. Николая Григорьева обвинили в двух эпизодах сбыта наркотиков и в одном покушении на сбыт — у него в телефоне обнаружили данные о «закладке».

На первом допросе он во всем сознался.Но в суде Григорьев вину не признал и объяснил, что давал показания под давлением полицейских, а Наталья Голобородько его оговорила. По его словам, он был с ней знаком, но амфетамин ей не продавал, а изъятые у него деньги (номера которых полицейские заранее переписали, отксерокопировали и якобы выдали Голобородько для закупки) ему подкинули сами оперативники. Мать и сестра Николая Григорьева в суде рассказали, что

«не предполагали, что он занимается сбытом наркотиков»

.

Единственными очевидцами преступления были сотрудники полиции, закупщица Голобородько и понятые. С одним из них Григорьев еще до вынесения приговора неожиданно встретился в автозаке.

38-летний Михаил Рахманкин, который в качестве понятого во время проведения той самой «проверочной закупки» должен был выступать независимым наблюдателем — контролировать действия сотрудников полиции, следить за тем, чтобы никто ничего не подбросил подозреваемому — сам уже дважды был судим за сбыт наркотиков в крупном и значительном размерах.

А в автозаке он оказался потому, что к моменту суда над Григорьевым находился под следствием и сидел в том же следственном изоляторе. Григорьев понял, что понятой в его деле был подставным. Тем не менее, судья Сергей Астахов посчитал, что

«мнение защиты о том, что в личном досмотре участвовали понятые, находящиеся в зависимости от сотрудников полиции, ничем не подтверждено»

.

1 августа 2021 года Кунцевский районный суд признал Николая Григорьева виновным и ему 11 лет колонии строгого режима. Как показало расследование «Важных историй» и «Медузы», случай Григорьева — капля в море фальсификаций уголовных дел по наркотическим статьям.

Мы проанализировали десятки тысяч приговоров и обнаружили только в Москве больше 140 «штатных» понятых — просто знакомых оперативников, наркозависимых или ранее судимых людей. Сотрудники полиции регулярно использовали этих людей для фабрикации уголовных дел, а подсудимых по этим делам судьи отправляли за решетку на долгие годы, несмотря на протесты адвокатов.

«Когда мне Григорьев рассказал, что встретил понятого по своему делу в автозаке, я стал пробивать все фамилии понятых в базе Мосгорсуда. И оказалось, что ранее судимый Михаил Рахманкин сам находится сейчас под следствием за незаконный сбыт наркотиков в крупном размере.

Как и второй понятой. Как они могут быть независимыми?» — говорит журналистам адвокат Григорьева Андрей Толстых. Дважды судимый Михаил Рахманкин неоднократно помогал полицейским: за месяц до задержания Григорьева он выступал закупщиком еще в одном деле. А сейчас он снова осужден за сбыт наркотиков и отбывает наказание в колонии.

По словам Екатерины Селивановой из Фонда содействия защите здоровья и социальной справедливости имени Андрея Рылькова, куда задержанный Михаил Рахманкин обратился за защитой, доказательством его вины стали показания сотрудников полиции и задержанной с наркотиками девушки, а также видеозапись с камеры около метро.«Я знаю, что он обращался в Управление собственной безопасности [ГУВД Москвы], пытался сотрудничать с ними, говорил, что ему есть, что рассказать про сотрудников УВД по ЗАО. Он надеялся, что они [УСБ] смогут как-то повлиять на его дело, и ему дадут меньший срок.

Но этого ничего не произошло, получил он 11 лет», — рассказала Екатерина Селиванова.В управление собственной безопасности через какое-то время обратилась и сама «закупщица» Голобородько, по инициативе которой началась эта история. В ее заявлении в Управление собственной безопасности ГУВД Москвы история дела Григорьева звучала совсем иначе.

Наталия утверждала, что вечером 19 мая 2018 года ее около дома избили, а потом затащили в машину двое сотрудников полиции, один из них — Егор Фарманин. Они разрешили ей сделать один звонок и Наталия позвонила своему знакомому — другому оперуполномоченному УВД по ЗАО Максиму Уметбаеву. По словам Голобородько, он подъехал на место, поговорил с Фарманиным 10 минут и повез ее в ОМВД по району Кунцево.

Там у нее в сумочке нашли амфетамин. «Сотрудники уголовного розыска, пользуясь тем, что надо мной «висит» статья и угроза лишения свободы, стали меня склонять к тому, чтобы я оказывала им содействие и сотрудничала с ними. Мне прямо говорили, что, если я откажусь, меня посадят, а если соглашусь, то останусь на свободе.

Мне прямо говорили, что, если я откажусь, меня посадят, а если соглашусь, то останусь на свободе. <…> Я согласилась. Руководил этим всем Уметбаев Максим. Он мне сказал, чтобы я дала показания в отношении Григорьева Николая, а также помогла в еще каком-то деле.

Я согласилась, так как у меня ребенок, несовершеннолетний сын», — писала в заявлении Голобородько.По ее словам, полицейские «сфабриковали все материалы в отношении Григорьева».

«Я понимаю, что, если не сообщу о преступных действиях сотрудников УВД по ЗАО, то вынуждена буду «помогать»

им сажать невиновных в тюрьмы», — писала Голобородько.Второй понятой по делу Григорьева — Дмитрий Чуприн — тоже побывал закупщиком и понятым в других делах по «наркотическим» статьям, а уже после его участия в деле Григорьева сам был задержан теми же сотрудниками полиции, что задерживали Григорьева. Они обнаружили у него в капюшоне амфетамин: якобы Чуприн сам «уложил» его туда «с целью личного употребления».

Уже в апелляционной инстанции адвокат Григорьева Андрей Толстых обращал внимание суда на то, что Голобородько была провокатором, а понятые Рахманкин и Чуприн — информаторами оперативников.

Сам же оперативник Уметбаев и еще четверо сотрудников УВД по ЗАО к тому моменту уже были отстранены от работы из-за в фальсификации дела журналиста «Медузы» Ивана Голунова, которому оперативники подбросили наркотики. Апелляционная инстанция оправдала Григорьева по двум эпизодам из трех и вместо 11 лет колонии строго режима, которые ему грозили за сбыт наркотиков, Григорьеву назначили 6 лет и 6 месяцев.

Адвокат Андрей Толстых не исключает, что суд мог пересмотреть решение из-за громкого дела Голунова.Так же, как это сделал адвокат Толстых в случае с понятым Рахманкиным, журналисты «Важных историй» и «Медузы» решили проверить вообще всех понятых, чьи имена есть в базе документов Мосгорсуда, чтобы найти тех, кто постоянно сотрудничает с полицией по наркотическим делам.

Большинство текстов приговоров, определений и постановлений московские суды выкладывают в общий доступ на сайте Мосгорсуда. Журналисты «Важных историй» выгрузили оттуда 56 860 документов по 12 так называемым «наркотическим» статьям Уголовного кодекса и нашли 142 человека, которых полицейские неоднократно привлекали к делам как якобы независимых понятых. В текстах приговоров и постановлений обычно приводятся показания понятых, закупщиков и сотрудников полиции.

Или хотя бы называются имена людей и их роль.

Если, конечно, дело не рассматривалось в особом порядке, то есть без изучения доказательств в суде. Также в большинстве случаев секретари судов, как это требует закон, заменяют имена в публикуемом тексте на ФИО, ФИО1, ФИО2 и тд. Но иногда секретари судов забывают об этом требовании.

В тех случаях, где имена сохранились, мы с помощью специально написанной программы извлекли их из текстов и выбрали имена и фамилии, которые встречаются в документах по разным делам. Открытые списки судей, секретарей, адвокатов, прокуроров и их помощников помогли нам сразу исключить их из выборки.

Остальные имена журналисты «Важных историй» и «Медузы» в течение трех месяцев изучали вручную: читали документы, выписывали даты, районы, обстоятельства, суды, отделы полиции и их сотрудников, следователей, прокуроров, адвокатов и судей. А после искали этих понятых и изучали их связи с сотрудниками полиции.О технологии поискаРекордное число таких «штатных» понятых — 18 человек — оказались связаны с УВД по ЗАО, сотрудники которого задержали журналиста Ивана Голунова, а до этого — Николая Григорьева. Сразу после дела Голунова президент Владимир Путин с должности главу УВД Андрея Пучкова, а пятерых его бывших подчиненных за превышение должностных полномочий, фабрикацию доказательств по уголовному делу и незаконное хранение наркотиков.

На втором месте — УВД по Восточному административному округу (ВАО): там 13 понятых не раз принимали участие в оперативно-розыскных мероприятиях одних и тех же полицейских или были осуждены по наркотическим статьям. Если присмотреться, как и к каким делам привлекались эти понятые, окажется, что почти все они, как актерская труппа, по очереди работают на следственных мероприятиях вместе с сотрудниками УВД по ВАО. Например, понятой Олег Кокорев, судя по текстам приговоров и апелляционных постановлений, четырежды был понятым, дважды — закупщиком и один раз был условно осужден на три года за приобретение и хранение наркотиков в крупном размере.

Олег Кокорев как минимум трижды пересекался в разных делах с другими «штатными» понятыми УВД по ВАО.

В одном деле — с Павлом Ильиным, который незадолго до этого получил год условно за незаконное приобретение и хранение наркотиков в значительном размере. В другом — сразу с двумя понятыми: Викторией Молокановой и Алексеем Хреновым. Последнего можно увидеть в деле-рекордсмене, к которому привлекли сразу четверо «серийных» понятых — им было уже не впервой принимать участие в оперативно-розыскных мероприятиях или они сами были осуждены по «наркотическим» статьям.

Последнего можно увидеть в деле-рекордсмене, к которому привлекли сразу четверо «серийных» понятых — им было уже не впервой принимать участие в оперативно-розыскных мероприятиях или они сами были осуждены по «наркотическим» статьям. Двое понятых из этого дела пересекались друг с другом еще как минимум в одном случае. Получается, что как минимум семеро понятых пересекались друг с другом всего по четырем делам, которыми занимались одни и те же сотрудники полиции.

Оперативник УВД по ВАО Евгений Матицын был задействован в трех из четырех этих дел, Алексей Мазин и Виталий Беликин — в двух.

«Важным историям» не удалось с ними связаться. А обвиняемые по этим четырем делам вскоре были осуждены московскими судьями на сроки от 8 до 12 лет лишения свободы. До того как функции расследования наркотических дел были переданы УВД, этим занимались специальные службы по округам при московском Управлении ФСКН.

Они и передали эстафету наркотических дел в УВД вместе со своими понятыми. В службе по ВАО УФСКН мы насчитали пятерых «штатных» понятых.

Например, все тот же Олег Кокорев участвовал в делах, которые расследовала и эта служба. Остальные четверо также пересекались друг с другом по разным делам.

Почти все понятые отказались говорить с журналистами. Узнав, о чем готовится материал, они, как правило, больше не отвечали на звонки.

Некоторые коротко объясняли, что им «больше не хочется влезать в это». Но Илья Орел, который как минимум шесть раз был понятым по просьбе сотрудников службы по ВАО УФСКН и УВД по ВАО, все же согласился поговорить с журналистами. В отличие от многих других понятых, у Ильи никогда не было судимости.

Ему 30 лет, судя по его профилю в «ВКонтакте», он окончил Московский политехнический университет и там техником в протокольном отделе. Еще он, судя по анализу его соцсетей, состоял в молодежном политическом движении «Наши», созданном администрацией президента России.

В двух уголовных делах из тех, к которым привлекали Илью Орла, полностью совпадал состав оперативников, прокурор и судья. Еще два дела с его участием вели одни и те же оперативники.

По словам самого Орла, понятым он был даже больше шести раз — и не только в «наркотических» делах, а еще, например, когда «задерживали человека в состоянии алкогольного опьянения»: — Сколько раз вы были понятым?— Я не считаю точно. А вы считаете сколько раз вы в минуту дышите?

— Нет, но это не совсем одно и то же.—В смысле не одно и то же? Какие-то жизненные дела, которые тебя ежедневно окутывают, — большая часть людей не считает их.

— То есть вы ежедневно выступаете понятым?— Не то что ежедневно. Я не считаю эту цифру, не запариваюсь по этому поводу.Также в разговоре с «Важными историями» Орел утверждал, что каждая встреча с сотрудниками полиции происходила случайно: — Ну это разумно, когда ты живешь или у тебя какие-то дела рядом с отделением полиции. — То есть вы просто живете рядом с отделением полиции и так получается?— В каких-то моментах — да, в каких-то — по делам ездил.

Я живу, учусь, работаю — у меня постоянно рядом отделение полиции. По словам Ильи Орла, ни с кем из оперативников он лично не знаком.

Для него «сотрудник полиции — это просто сотрудник полиции». Похожим образом о своей помощи полиции рассказывал суду и журналистам «Важных историй» третий понятой в деле Григорьева Акоп Хачатрян, студент факультета финансового менеджмента РАНХиГС. На суде по делу Григорьева он сообщил, что ночью на автозаправке в Московской области к нему подошли сотрудники полиции и попросили поехать с ними в район Симферопольского шоссе, чтобы в лесополосе вместе с оперативниками и подозреваемым Григорьевым искать «закладки», которые тот якобы заложил с целью сбыта.

Хачатрян не отказал полицейским, хотя вообще-то ехал к другу на день рождения. С полицейскими он не был знаком, а стать понятым согласился «в силу воспитания», так как «обучался в Российской академии госслужбы» и для него «это было что-то сродни долгу», объяснил он в разговоре с «Важными историями».

На самом деле Хачатрян уже встречался с этими же оперативниками всего за неделю до случая на заправке — это видно из текста по другому делу. В его показаниях суду сказано, что когда он проходил мимо УВД по ЗАО, к нему обратились сотрудники полиции и попросили побыть понятым при обыске квартиры и личном досмотре задержанного.

И Хачатрян согласился. Спустя полгода он выступил понятым еще как минимум дважды — первого и третьего ноября 2018 года — в делах которые вели одни и те же оперативники УВД по ЗАО: Максим Уметбаев, Егор Фарманин, Денис Коновалов и Акбар Сергалиев. На вопрос журналистов «Важных историй», как же все-таки Хачатрян, работая с одними и теми же полицейскими, мог их не знать, он не ответил.

Если вернуться к анализу судебных документов, то еще чаще Ильи Орла в роли понятого в Москве и области выступал Якоб Черный.

Семь раз он участвовал в оперативно-разыскных мероприятиях сотрудников УВД по Северо-Западному административному округу (СЗАО), службы по СЗАО Управления ФСКН и службы по СЗАО и городу Зеленограду Управления ФСКН.

Всего же у этих ведомств по СЗАО мы обнаружили 22 «штатных» понятых. В 2016 году на одном из судебных заседаний по «наркотическому» делу Черный прямо Бутырскому районному суду, что не раз был понятым, на это же обращала внимание и защита.

Но тогда судья посчитал, что

«участие указанного свидетеля в качестве понятого при проведении других процессуальных действий с участием сотрудников ФСКН не может свидетельствовать о том, что он дал показания, не соответствующие фактическим обстоятельствам, а также о том, что является заинтересованным в итоге разрешения дела лицом»

. Подсудимый по тому делу был признан виновным и получил срок 11 лет колонии.Через год дело было возвращено кассацией в первую инстанцию и рассматривалось заново уже другим судьей.

В этот раз в показаниях Черного , что «ранее сотрудники полиции Гайдуков В.В. и Горчаков Ф.Н. ему знакомы не были». Хотя, как следует из текстов приговоров, на тот момент он минимум трижды был понятым по их просьбе.

Один из полицейских, Горчаков Ф.Н., даже давал показания о том, что «при досмотре закупщика участвовал знакомый ему понятой Черный Я.А., который проявляет разумную инициативу и оказывает безвозмездную помощь в изобличении лиц, сбывающих наркотики.

Ранее Черный Я.А. участвовал в 2-3 подобных закупках».

Эти противоречия в показаниях оперативника и понятого не смутили судью.

Подсудимого все же приговорили к 10 годам и 9 месяцам лишения свободы. Через год Черный снова давал показания в роли понятого — уже по другому делу, но на заседании у того же судьи. В течение 3,5 месяцев пресс-служба ГУ МВД по Москве не нашла возможности ответить на вопросы журналистов по поводу практики привлечения понятых столичными полицейскими.Как правило, адвокаты всегда обращают внимание суда на подозрительных понятых.

В течение 3,5 месяцев пресс-служба ГУ МВД по Москве не нашла возможности ответить на вопросы журналистов по поводу практики привлечения понятых столичными полицейскими.Как правило, адвокаты всегда обращают внимание суда на подозрительных понятых.

Это пытался сделать и адвокат Николая Григорьева Андрей Толстых: «Судья своим молчанием позволяет в следующий раз принести дело еще хуже. Я говорил на суде, что это лишь вопрос времени, когда это выльется в огромную проблему.

Рано или поздно произойдет что-то такое, о чем все потом сильно пожалеют».Не молчали и адвокаты в деле-рекордсмене по количеству «штатных» понятых, которым занимались сотрудники из УВД по ВАО. По этому делу в 2016 году пятеро обвиняемых в незаконном сбыте психотропных веществ организованной группой получили от 10 до 12 лет колонии каждый. При этом как минимум четверо свидетелей в этом деле уже привлекались сотрудниками УВД по ВАО в качестве понятых или были судимы по «наркотическим» статьям.

Закупщик из этого дела тоже был судим и уже несколько раз сотрудничал с полицейскими на «проверочных закупках». Еще один понятой во время судебного заседания рассказал, что ничего не помнит, потому что был под влиянием наркотиков. Все адвокаты пытались обратить на это внимание суда, рассказывает Виталий Сыч, защитник одного из подсудимых, Манучара Атаяна, которого следствие считало организатором преступной группы.«Мы сообщали, что эти свидетели знакомы со следователем, что они могут зависеть от следователя по другим делам.

И говорили судье, что понятые были уже у него на заседании по другим делам, — вспоминает Сыч.

— Как правило, суд отвечает, что это не имеет отношения к делу.

В моей практике такие ситуации иногда доходили до абсурда.

Человека спрашивали:

«Ну как вы могли на этом осмотре присутствовать, если десять минут назад вы в другом конце Москвы присутствовали на другом осмотре?»

.

И это все слышит судья. Но кроме того, что это все озвучивается, ничего больше не происходит.

Суд принимает таких свидетелей».Если адвокаты указывают, что понятые находились в состоянии наркотического опьянения, работали по указанию оперативников или были задержаны ими накануне, позиция суда обычно такая: судья объявляет, что мнение защиты ничем не подтверждено и поводов сомневаться в показаниях свидетелей нет. При этом сами судьи действительно нередко встречают одних и тех же понятых на своих заседаниях. Даже в том небольшом объеме судебных документов с оставленными в тексте фамилиями понятых и закупщиков мы обнаружили минимум 38 случаев, когда судьи видели понятых не впервые, но никак на это не реагировали.

Чаще всех — по данным из судебных приговоров, не меньше 11 раз — принимал показания «штатных» понятых и выносил после этого обвинительный приговор судья Нагатинского районного суда Антон Филатов. Так, понятого Черкасова А.О. судья Филатов видел на заседании минимум трижды.

В двух случаях Черкасов был понятым у одних и тех же оперативников ОМВД России по району Царицыно. В текстах приговоров была одна и та же формулировка: «вина подсудимого подтверждается <…> показаниями свидетеля Черкасова А.О., который о своем участии в качестве понятого <…>, дал показания аналогичные показаниям свидетеля [имя оперативного сотрудника]». В Симоновском районном суде сразу несколько судей могли видеть на своих заседаниях по разным делам одного и того же свидетеля: Алексей Гумбатов фигурировал по меньшей мере в шести «наркотических» делах в роли закупщика или понятого.

Минимум по два раза его видели судьи Светлана Туманина и Наталия Репникова.

Последняя теперь известна в связи с заменить политику Алексею Навальному условный срок на реальный по «делу «Ив Роше»».Уже в апелляции по одному из дел с участием Гумбатова защита в своем заявлении указывала, что Гумбатов и второй понятой «неоднократно принимавшие участие в проводимых сотрудниками полиции оперативно-розыскных мероприятиях, незаконно участвовали в следственных действиях в качестве понятых». Но суд решил, что достоверность показаний этих понятых и сотрудников полиции не вызывают сомнений, поскольку они «согласуются между собой». Симоновский районный суд не ответил на запрос.

В Нагатинском районном суде журналистам ответили, что

«оценка сообщенным свидетелем сведениям дается судом в совокупности со всеми доказательствами по уголовному делу с учетом правил оценки доказательств, установленных УПК РФ»

.«Штатных» понятых в наркотических делах привлекают не только московские оперативники — это можно назвать общероссийской практикой.

Например, в Самаре в течение двух лет шестеро сотрудников полиции массово фальсифицировали уголовные дела.

В этом им помогали по меньшей мере 15 понятых, большинство из которых — осужденные по тем же «наркотическим» статьям. Чтобы не получить еще один срок, они по просьбе сотрудников полиции подписывали любые протоколы.

Сейчас этих понятых судят вместе с оперативниками: их обвиняют в фальсификации уголовных дел, а полицейских — еще и в превышении должностных полномочий. Официально пока что 17 потерпевших. Но, по словам адвоката правозащитной организации «Общественный вердикт» Дмитрия Егошина, на самом деле жертв может быть около сотни.

Большинство потерпевших все еще отбывает свои сроки в колониях, несколько человек уже умерли.

«Полицейские приглашали наркозависимых, которых они уже знали. Распределяли роли: ты будешь понятым, ты — тоже понятым, а ты будешь закупщиком. Потом задерживали гражданина, оформляли документы, везли на допрос.

А дальше материалы поступали к следователю. И все — дело сшито, — рассказывает Егошин.

— Понятые говорили, что неоднократно задерживались этими сотрудниками полиции или жили на их участке.

Они рассказывали на допросах: «Я человек, зависимый от этого полицейского. Я боялся, что если я буду отказывать, то и в отношении меня будет дело».Многие адвокаты убеждены, что институт понятых в России — большая проблема. Его нужно менять, как и всю систему доказательств в делах с наркотиками. «Понятые требуются практически на каждом оперативном мероприятии, а найти их тоже не так легко, — говорит адвокат и бывший следователь Виталий Сыч.

«Понятые требуются практически на каждом оперативном мероприятии, а найти их тоже не так легко, — говорит адвокат и бывший следователь Виталий Сыч.

— И если честный сотрудник через месяц не предоставит ни одного раскрытого дела, то к нему придет начальник и напомнит про план: «У тебя что, на районе наркоманы закончились? У тебя он самый показательный что ли, дружок?

Ты сажай в УАЗик двух понятых и пусть с тобой катаются.

И ищи!» Поэтому случаи превышения должностных полномочий тут сплошь и рядом. Оперативники, которые занимаются вопросом незаконного оборота наркотиков, задействуют своих понятых: тех, кто ранее задерживался, например. Как правило, привлекают наркозависимых людей, которые за малую дозу готовы рассказать, что везде были, все видели.

Как говорится: «Кто свидетель? Я свидетель!»».Поэтому «наркотические» статьи в России и называют «народными»: по данными судебного департамента при Верховном суде России, за последние пять лет по ним были осуждены почти полмиллиона человек. По свидетельствам адвокатов, сфальсифицировать такие дела очень просто.

А понятые, готовые подтвердить все, что угодно, как оказалось, находятся без труда. «Дела же на коленке фабрикуются: допрос, экспертиза — и человек сел.

Хотелось бы верить в то, что »[самарское] дело» поможет как-то повлиять на этот вопрос», — надеется адвокат Дмитрий Егошин.

Авторы: Иван Голунов, Алеся Мароховская («Важные истории»)Редактор: Татьяна Лысова

  1. Напишите нам

Апелляционное постановление № 22К-561/2015 от 11 сентября 2015 г.

по делу № 22К-561/2015

рублей, — он согласился.Оба понятых – ФИО15 и ФИО16 состоят на учете в наркологическом диспансере, и, не опровергнут тот факт, что они в момент подписания документов не были в наркотическом опьянении и именно поэтому их и привезли оперативные сотрудники с собой.Кроме того понятой ФИО17 еще имеет психическое отклонение.Таким образом, процессуальные документы, полученные и закрепленные с участием «штатных понятых» в уголовном деле №, были совершенно законно исключены из совокупности доказательств, собранных по делу, как недопустимые, указывается в апелляционной жалобе.В возражении на апелляционную жалобу старший прокурор отдела прокуратуры КБР ФИО13 просит постановление суда первой инстанции, как законное и обоснованное, оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.Проверив материал, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения на неё, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции находит постановление суда первой инстанции подлежащим отмене с прекращением производства по жалобе Р.А.

в порядке статьи по следующим основаниям.В соответствии с требованиями ч.4 ст. определения суда, постановления судьи, прокурора, следователя, дознавателя должны быть законными, обоснованными и мотивированными.Постановление суда первой инстанции не отвечает этим требованиям.В соответствии с требованиями части 1 статьи постановления дознавателя, следователя, руководителя следственного органа об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные решения и действия (бездействие) дознавателя, следователя, руководителя следственного органа и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, могут быть обжалованы в районный суд по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления. По смыслу этих взаимосвязанных положений, не исключается рассмотрение в порядке статьи УПК Российской Федерации судом в пределах его полномочий, вытекающих из природы судебного контроля на стадии предварительного расследования, жалоб потерпевших на неэффективность проводимого предварительного расследования, если такая неэффективность является следствием ненадлежащих действий (или бездействия) соответствующих должностных лиц, что может выражаться, в частности, в несвоевременности, недостаточности принимаемых ими мер в целях изобличения виновных в совершении преступления.Согласно разъяснениям пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2009 г.

N 1

« О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи »

(в редакции Постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2010 N 31, от 09.02.2012 N 3, от 28.01.2014 N 2) подлежат рассмотрению в порядке статьи жалобы, где ставится вопрос о признании незаконными и необоснованными решений и действий (бездействия), которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации не могут быть предметом проверки их законности и обоснованности на стадии судебного разбирательства при рассмотрении уголовного дела судом, в том числе в апелляционном или кассационном порядке.Кроме постановлений дознавателя, следователя и руководителя следственного органа об отказе в возбуждении уголовного дела и о прекращении уголовного дела судебному обжалованию в соответствии с частью 1 статьи подлежат иные решения и действия (бездействие) должностных лиц, принятые на досудебных стадиях уголовного судопроизводства, если они способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства или иных лиц, чьи права и законные интересы нарушены, либо могут затруднить доступ граждан к правосудию.К иным решениям и действиям (бездействию), способным причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства, следует относить, например, постановления дознавателя, следователя и руководителя следственного органа о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица, о производстве выплат или возврате имущества реабилитированному, об отказе в назначении защитника, в допуске законного представителя, об избрании и применении к подозреваемому, обвиняемому мер процессуального принуждения, за исключением залога, домашнего ареста и заключения под стражу, которые применяются по решению суда.К затрудняющим доступ граждан к правосудию следует относить такие действия (бездействие) либо решения должностных лиц, ограничивающие права граждан на участие в досудебном производстве по уголовному делу, которые создают гражданину препятствие для дальнейшего обращения за судебной защитой нарушенного права. К ним относятся, например, отказ в признании лица потерпевшим, отказ в приеме сообщения о преступлении либо бездействие при проверке этих сообщений, постановление о приостановлении предварительного следствия и другие.При этом судья не вправе давать правовую оценку действиям подозреваемого, а также собранным материалам относительно их полноты и содержания сведений, имеющих значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, поскольку эти вопросы подлежат разрешению в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства уголовного дела.Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 23 марта 1999 года N 5-П указал, что законность и обоснованность действий и решений органов предварительного расследования, имевших место в ходе досудебного производства, по общему правилу, проверяется судом, в том числе по жалобам участников уголовного судопроизводства и других заинтересованных лиц, в рамках судебного производства по уголовному делу после передачи в суд его материалов с обвинительным заключением; в случаях же, когда действия и решения органов предварительного расследования порождают последствия, выходящие за рамки собственно уголовно-процессуальных отношений, существенно ограничивая при этом конституционные права и свободы личности, восстановление которых по прошествии времени может оказаться невозможным, судебный контроль за их законностью и обоснованностью должен осуществляться по жалобам заинтересованных лиц незамедлительно.Вместе с тем, в соответствии с правовой позицией, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в указанном Постановлении, при осуществлении в период предварительного расследования судебного контроля за законностью и обоснованностью процессуальных актов органов дознания, следователей и прокуроров не должны предрешаться вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 июня 2009 года N 889-О-О, от 27 мая 2010 года N 633-О-О, от 20 октября 2011 года N 1430-О-О и от 19 июня 2012 года N 1096-О).Исходя из фактических обстоятельств дела, судом осуществляется установление и того, сопряжена ли проверка законности обжалуемого постановления с рассмотрением тех вопросов, которые подлежат разрешению при вынесении приговора (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22 октября 2003 года N 385-О и от 14 июля 2011 года N 1027-О-О).С учетом стадийного построения уголовного процесса право его участников на судебную защиту может обеспечиваться путем проверки судом жалоб на действия (бездействие) и решения органов предварительного расследования после передачи уголовного дела в суд; такой судебный контроль, осуществляемый уже после завершения стадии предварительного расследования, сам по себе не может расцениваться как нарушающий право на судебную защиту (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 23 марта 1999 года N 5-П, определения от 17 февраля 2000 года N 84-О, от 23 января 2001 года N 39-О, от 19 апреля 2001 года N 106-О, от 2 июля 2009 года N 1009-О-О, от 17 декабря 2009 года N 1636-О-О и от 27 января 2011 года N 50-О-О).При изложенных обстоятельствах доводы заявителя Р.А.

о признании недопустимыми доказательствами по делу протокола осмотра места происшествия от 17 января 2015 года, протокола личного досмотра ФИО11 от 17 января 2015 года, протокола личного досмотра Р.А. от 17 января 2015 года и протокола личного досмотра ФИО12 от 17 января 2015 года, изложенные в его жалобе в порядке статьи , подлежат разрешению в суде первой инстанции при рассмотрении уголовного дела по существу, а поэтому не могут быть предметом рассмотрения в порядке статьи .Суд первой инстанции необоснованно принял к производству жалобу заявителя Р.А.

в порядке статьи , поэтому принятое по ней решение подлежит отмене, а производство по жалобе – прекращению.На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. , , , , суд апелляционной инстанции п о с т а н о в и л:Постановление Нальчикского городского суда КБР от 13 июля 2015 года по жалобе Р.А.

в порядке ст. отменить и производство по этой жалобе прекратить.Председательствующий- ФИО14Верховный Суд Кабардино-Балкарской Республики (Кабардино-Балкарская Республика) Жалоба К.Р. Багова Тамара Нахупшевна (судья) Судебная практика по применению норм ст.
290, 291 УК РФ

О работе с понятыми

В статье 60 УПК РФ дано понятие понятой как не заинтересованное в исходе уголовного дела лицо, привлекаемое дознавателем, следователем для удостоверения факта производства следственного действия, а также содержания, хода и результатов следственного действия. устанавливает перечень следственных действий, проводимых с участием понятых.

Основной и, пожалуй, единственной ролью понятого, которая отведена ему законодательством, является свидетельствовать о том, что все отраженное в протоколе следственного действия соответствует тому как было в действительности. Из этого следует, что понятой является независимым в исходе дела лицом, являющимся носителем информации о соблюдении или несоблюдении норм УПК РФ при проведении следственных действий.Нередко адвокаты пренебрегают «работой» с понятыми в ходе судебного следствия. А зря. Понятой, кем бы он ни был, прежде всего является человеком с присущими слабостями, особенностями восприятия окружающего мира, обстоятельств и т.д.

Учитывая, что в народе все же доверяют правоохранителям и в силу незаинтересованности протоколы следственных действий понятые, как правило, подписывают, не читая или не вдумываясь в написанное. Даже если это был практикант на следственной практике, он прежде всего человек и помнит только то, что было на самом деле.Соответственно, умело допросив понятого в качестве свидетеля на основании и играя на человеческих особенностях, можно установить факты нарушения УПК РФ, что позволит исключить те или иные доказательства из уголовного дела. Хочу отметить, что практически всегда заявляю ходатайства о допросе понятых в ходе судебного следствия, даже когда нарушение норм УПК совсем не очевидно.Приведу 2 примера из своей практики.

Один случай когда нарушение норм УПК РФ было совсем не очевидным, а во втором сразу закрались сомнения в соблюдении порядка проведения следственного действия.Случай №1.В нем мой подзащитный обвинялся в совершении вымогательства с применением насилия (). Личность подзащитного в правоохранительной системе была очень знакома и всеми правдами неправдами его старались лишить свободы.

В качестве вещественного доказательства был приобщен смартфон на который была осуществлена аудио и видеозапись.

На других носителях это не было зафиксировано ( по крайней мере в у.д. не было). Мне для защиты крайне вредны были эти звуки и кино. Ибо там содержалась противоречивая информация, дающая шансы обвинителю.

Сам смартфон и карта памяти изъяты в ходе обыска и затем осмотрены с участием понятых, вынесено постановление о приобщении всего этого в качестве доказательств.

Изъятие смартфона было безупречным с точки зрения получения его следователем. Да и протокол осмотра был составлен грамотно.

Тем не менее в ходе судебного следствия было заявлено ходатайство о вызове и допросе понятых, участвовавших в осмотре, в качестве свидетеля.

И ….не ошибся.В ходе допроса понятая пояснила, что она встречалась с молодым человеком, который в тот момент проходил практику в том следственном органе. И как то раз их свидание прошло в виде участия понятыми в следственном действии. Она подробно рассказала, что все осматриваемые предметы, в т.ч.

и смартфон и флеш-карта от него, были распакованы, осмотрены, описаны и т.д., одним словом все как написано в УПК.

Но, а кто же проводил следственное действие?

Молодой человек по имени Роман, у него и проходил практику ее жених, а нашего следователя звали Алексей!

А как выглядел следователь, проводивший осмотр? Высокий, полный, темноволосый и в очках.

А следователь в чьем единоличном производстве было дело — высокий, полный блондин и без очков!Даже судье стало интересно, так приятно оживилась!Допрос второго понятого по видео – конференцсвязи (проходил срочную службу на тот момент) через несколько дней лишь усугубил недопустимость доказательств. Парень начал плыть, изворачиваться, придумывать и все вылилось в то, что Роман составлял, т.к.

помогал, а затем носил Алексею подписывать.Но это уже частности. Постановления о создании следственной группы не было, отдельного поручения не было, следствие велось одним следователем, поэтому никого иного там не должно было быть.Надо сказать, что следователь, который фактически проводил осмотр, действительно добросовестный, трудолюбивый и неплохой следователь, но одна болезнь – ну очень любит свою работу, прям смысл жизни – расследовать преступления.

Хотя в «грязи» по другим делам замечен не был.Итогом такого допроса понятых явилось исключение доказательств из уголовного дела, переквалификация обвинения с ч.2 ст.163 на . Мера наказания была определена в 1,5 года, но с учетом отбытого под стражей клиент был освобожден в тот же день.Многие спросят о дальнейшей судьбе следователей и предпринятых мной действиях. Было направлено заявление в региональное управление СК РФ.

После долгих хождений из стороны в сторону «трудолюбивый» следователь перевелся в другой регион, а второй куда то перешел с понижением, а потом и крови не хотелось ни мне, ни моему подзащитному. Обжаловать отказ в возбуждении у.д.

мы до потери пульса не стали.Случай №2.В это дело вступил когда оно уже было передано в суд.

Защиту всех подсудимых на стадии следствия осуществляли адвокаты по назначению. Один из них участвовал и в суде.

Обвинялись 5 человек по с квалифицирующим признаком – организованная преступная группа. Попались они на одной квартирной краже, а затем все это переросло в 11 эпизодов на территории, обслуживаемой райотделом.

По первому эпизоду было достаточно доказательств, да и попались практически с поличным по горячим следам.

По остальным эпизодам из доказательств – явка, допрос в 5 строк и проверка показаний на месте.Но вот что странно, способы открытия дверей были разные, несколько были отмычками, несколько отжимом. Причем каждый раз, согласно показаний, инструмент для проникновения, в т.ч. отмычки, выбрасывался. Ага! Щаззз!

Выбросит домушник отмычки и будет по новой заказывать или дверь ломать.К тому же время, которое потребовалось следователю для проведения проверок показаний на месте, было ну очень уж малым.

Одним словом, она должна была летать на УАЗике из РОВД до адреса, обратно и снова в адрес быстрее Шумахера в его лучшие годы, но все равно бы не успела. Да и машина УАЗ не резиновая, судя по описанию следственных действий 12 человек, включая понятых, размещались с комфортом.Были вызваны и допрошены все понятые. Итогом оказалось, что все проверки показаний на месте были проведены с грубым нарушением.

А именно, в подобном случае проверке подлежали показания о том где расположен дом, квартира, указание на нее, что брал, где лежало.Все без исключения на вопрос где и когда вас попросили быть понятым отвечали, что сотрудники обращались непосредственно около проверяемой квартиры (сосед), во дворе ну и т.п.

Никто из понятых от РОВД никуда не ездил и в РОВД не возвращался.Мне даже не потребовалось заявлять ходатайство о признании этих доказательств недопустимыми. Обвинитель, надо отдать должное, сама отказалась от обвинения по этим эпизодам еще до прений.

Обвинение было переквалифицировано на . Адвокат – назначенец, подписавший такую проверку и участвующий в суде, тем же самым судом морально был уничтожен, впоследствии его справедливо лишили статуса.Подводя итог вышесказанному хочется обратить внимание на то, что человеческая память так устроена – в ней откладывается именно то, чему человек был свидетелем, был вовлечен в происходившее. Для того, чтобы в ней отразилось то чего не было необходима специальная подготовка, тренировка, называемая в специальных службах — легендирование.

Навряд ли стоит ожидать, что лицо, привлеченное в качестве понятого, прошло по этому следственному действию подготовку до уровня легендирования.

Поэтому при умело поставленных вопросах свидетель будет рассказывать именно все как было, а не как написано в протоколе. А нам и надо узнать всю правду о фактическом, а не документальном порядке получения обвинением доказательств.

Причем абсолютно по всем аспектам проведения следственного действия.

В равной мере грамотная работа с понятыми полезна и при рассмотрении административных дел.

Ибо поможет получить информацию о том, что человек в реальности был свидетелем, а не о том, что написано в протоколе.

varlamov.ru

18 февраля 2021, 13:58Как полиция использует «штатных» понятых, чтобы вас посадить

Сергей Кузнецов, понятой из дела Ивана ГолуноваВ 2021 году дело Ивана Голунова вынесло на поверхность важную проблему.

Оказывается, вам очень легко подбросить наркотики и надолго посадить в тюрьму, причём все «доказательства» будут любезно подготовлены самими следователями.Возможно, кого-то удивляло, откуда в таких делах берутся понятые. Мол, не станет же нормальный человек свидетельствовать против невиновного!

Так вот, ещё как станет, особенно если он уже находится у полиции на коротком поводке.»Важные истории» при содействии того самого Ивана Голунова нашли более 140 «штатных» понятых, которые были свидетелями в московских судах по «наркотическим» делам. Это либо знакомые полицейских, либо ранее судимые люди, либо наркозависимые.

Оперативники просто используют их для фабрикации новых уголовных дел.Журналисты выгрузили с сайта Мосгорсуда 56 860 документов по 12 наркотическим статьям УК РФ: 228, 228.1, 228.2, 228.3, 228.4, 229, 229.1, 230, 231, 232, 233, 234. Если в текстах приговоров и постановлений сохранились имена понятых, авторы расследования проверяли их на участие в других делах.

В общей сложности они обнаружили 142 человека, которых полицейские привлекали в качестве «независимых» понятых. На самом деле эти люди были понятыми и закупщиками по несколько раз, были судимы по тем же «наркотическим» статьям или находились под следствием.Вот полный список понятых, которых полицейские привлекали, вероятно, не один раз.

Журналисты опубликовали его, чтобы показания этих людей больше нельзя было использовать для фабрикации дел о наркотиках.Чаще всех прибегают к услугам «штатных» понятых сотрудники УВД по Западному, Восточному и Северо-Западному административным округам Москвы:Именно сотрудники УВД по ЗАО в своё время задержали Ивана Голунова, подбросили ему наркотики и пытались сфабриковать его дело.Максим Уметбаев (слева), Акбар Сергалиев (спиной) и Игорь Ляховец

Фото: пресс-служба Мосгорсуда»С понятыми, которые находятся без труда и готовы подтвердить всё что угодно, сотрудникам полиции очень просто фальсифицировать уголовные дела, связанные с наркотиками, — это подтверждают многие адвокаты.

Не в последнюю очередь благодаря покладистым «штатным» свидетелям «наркотические» статьи и становятся «народными»: по данным судебного департамента при Верховном суде России, за последние пять лет по ним были осуждены почти полмиллиона человек».»Важные истории»Кстати, в январе «Коммерсантъ» написал о телеграм-чатах, где открыто нанимают понятых на подработку. За такую помощь следствию «понятым» платят от 1 до 3 тысяч рублей.

Один из участников чата рассказал журналисту, что за год выезжал «поработать» чуть ли не в каждое УВД Москвы.Иван Голунов тогда сообщил, что знает чат, где следователи УВД по ЗАО, занимающиеся расследованием экономических преступлений, предлагают подработку понятым. Чаще всего «левых» понятых собирают возле дома №116 по улице Лобачевского – это здание УВД по ЗАО:Вот как прекрасно всё устроено.

Огромная коррупционная машина перемалывает судьбы людей, а кто-то готов продавать сограждан даже не за гарантию личной свободы, а за пару тысяч рублей. Но обвинять тут следует прежде всего не самих фейковых понятых, а следаков, которые их нанимают, и судей, которые их «не замечают».Согласно УПК РФ, понятой – не заинтересованное в исходе уголовного дела лицо.

Как видите, по меньшей мере в Москве закон просто массово нарушается.

  1. Что надо знать о деле Ивана Голунова Фото: Евгений Фельдман для «Медузы» Кто такой Иван Голунов?

    Иван Голунов — специальный корреспондент «Медузы», известный своими громкими…

  2. Полиция подбросит вам наркотики, чтобы посадить Фото: Евгений Фельдман для «Медузы» Ситуация, в которой оказался журналист «Медузы» Иван Голунов, стала, вероятно, самым ярким эпизодом из…
  3. Иван Голунов. Совсем охуели Фото: архив Ивана Голунова / «Медуза» Сегодня стало известно, что в Москве на Цветном бульваре задержали журналиста «Медузы» Ивана Голунова.…

Подписывайтесь:Обратите внимание:Tags: МВД, Мосгорсуд, Москва, Наркотики, Пиздец, Полиция, Суд

  1. Оставить комментарий

Выбор редакции LiveJournal Реклама в этом блоге По рекламе пишите или В этом блоге можно разместить рекламный пост.

Ежемесячная аудитория – более 2 млн.